Ружья Джорджа Дигвида

Переход на новую модель был связан ещё и с тем, что в конце февраля четверо в масках вломились в дом Джорджа Дигвида, избили и связали его и Кейт, украли два ружья, награды, кубки, деньги, угнали машину. Через некоторое время полиция, правда, задержала налётчиков, суд должен начаться в октябре, т. е., когда вы читаете эти строки, судебное решение уже будет вынесено.

Летом этого года на одном из турниров Гран-при FITASC Джордж Дигвид и я стреляли в одном потоке, и поэтому, пока мы дожидались начала очередной серии, я решил попросить Джорджа (мы знакомы без малого двадцать лет) рассказать о его знакомстве с миром оружия.

Мне было 12 лет, когда я впервые взял в руки ружьё. Я прекрасно его помню. Это было курковое ружьё .410 калибра. Гладкоствольная одностволка, переделанная из грачиной винтовки. (Сегодня мало кто знает о существовании такого типа оружия, а в конце позапрошлого века и до середины прошлого оно было достаточно известно и пользовалось большим спросом. Вот цитата из статьи, опубликованной в начале XX века в одном из английских охотничьих журналов: «Стрельба грачей в парках – любимый спорт в Англии. Для этого был сконструирован особый тип винтовки для патрона калибра .295, заряжаемого 10 гранами пороха и пулей весом 80 гран». – А.У.) Я добыл с ней немало уток. Мой дед был членом охотничьего общества, которое ежегодно в конце сезона проводило для своих членов охоту на уток. Меня также пригласили на эту охоту, хотя мне было всего 12 лет. Взрослые охотники поступили очень благородно, поставив меня, мальчишку, вперёд. Когда мы подходили к пруду, где и должна была проходить охота, поднялся селезень, и я добыл свой первый трофей.  

Очень скоро я начал стрелять из помпового ружья Winchester 20-го калибра, которое изначально было куплено дедом для моей матери. В то время мы владели семейной мясной лавкой, и всё, что добывалось на охоте – зайцы, кролики, голуби, фазаны, куропатки, водоплавающая дичь – всё прямиком шло в лавку.

Свой самый первый кубок я завоевал именно с этим ружьём. Это было в 1977 году. Я победил в категории «Юниоры» на ежегодном турнире, который проводили стрелковый клуб Восточного Суссекса и Ассоциация охотников по перу. Клуб закрылся много лет назад, но в те годы это был очень престижный турнир, в котором принимали участие практически все стрелковые клубы юго-восточной Англии. Когда я вернулся домой с кубком, украшенным табличкой «Победителю в категории „Юниоры“. 1977 год», и уже собрался поставить его на почётное место, то увидел, что на другой стороне кубка есть ещё одна табличка. Надпись на ней гласила «Лучший волнистый попугайчик выставки. 1938 год»! 

Я стрелял из помповика 20-го калибра ещё два-три года. Потом это ружьё перешло моему двоюродному брату. Что стало с ружьём после смерти моего брата в 2008 году, сейчас сказать не могу, но если нужно, могу уточнить.

В 1980 году я начал стрелять из ружья 16-го калибра с горизонтальным расположением стволов производства Midland Gun Co., правда, стрелял я из него довольно непродолжительное время. Потом у меня появилось первое в моей жизни ружьё 12-го калибра Miroku MS150, также с горизонтальным расположением стволов. Некоторое время спустя я стал стрелять из самозарядного ружья Remington 1100. У этого ружья было два комплекта стволов – длиной 71 и 76 см.

Дед приобщил меня не только к охоте. Благодаря ему я начал регулярно, как правило, дважды в месяц, принимать участие и в соревнованиях по стендовой стрельбе.

Возможно, я предвосхищу твой вопрос, меня часто спрашивают, как я отношусь к ружьям, из которых стреляю. Я не сентиментальный человек, но я храню все ружья, с которыми одерживал победы на чемпионатах мира. В общей сложности в моём оружейном сейфе семь таких ружей. Первую победу на чемпионате мира в 1988 году я одержал с ружьём Parker Hale / Browning, в 1989 году у меня были два ружья Beretta, затем два испанских ружья Kemen, а потом два Perazzi. Perazzi MX2000, из которого я стрелял до последнего времени, имело стволы длиной 81 см и дульные сужения чок/чок. С этим ружьём я стрелял как на стенде, так и на охоте. 

Хотя я больше известен для многих как стендовик, но я сам считаю себя сельским жителем, принимающим участие в соревнованиях по стендовой стрельбе. Я стреляю на стенде семь месяцев в году, а в остальное время с упоением предаюсь охоте. Охочусь на голубей, фазана, куропатку, грауса. Каждая охота прекрасна по-своему, и мне трудно сказать, какой именно охоте я отдаю предпочтение – охоте на голубей в Эксмуре или утку на острове Шеппи, грауса в Шотландии или куропатку в Нортумберленде.

Отдельная благодарность редакции ООО «Русский охотничий журнал» за предоставленную статью.